Профессии победителей: Парикмахер на фронте ценился на вес золота.

Авторы Екатерина Юрченко.

Перед войной специальным приказом Народного комиссариата коммунального хозяйства РСФСР были разработаны новые правила работы мастеров-парикмахеров, которым начали присваивать категории в зависимости от квалификации. Признанием высшего уровня мастерства стало звание «мастер парикмахерского дела». Профессия «парикмахер» с 1938 года указывалась в трудовой книжке. В 1941 году десятки мастеров ушли на фронт, став стрелками, артиллеристами, медработниками. При этом многие из них всё же умудрялись оставаться верными своей профессии, скрашивая красноармейцам суровые бытовые условия на передовой. Хорошего парикмахера, если таковой вдруг появлялся в части, бойцы уважали и берегли. Для каждого бойца и командира был он напоминанием о довоенных временах, в которых существовали парикмахерские с большими зеркалами, удобными креслами и терпко пахнущим одеколоном.

Кадры кинохроники и многочисленные фотографии военных лет свидетельствуют, что обросших и бородатых бойцов на фронте практически не было, не говоря уже о командирах. Красноармейцы и в военно-полевых условиях старались привести себя в порядок, как только выдавалась свободная минутка.

Брились бойцы в основном самостоятельно, используя для этого опасные бритвы. В ходу были бритвы советского производства, изготовленные из высококачественных сталей. Делали такие бритвы всего на двух предприятиях в стране: «Труд Вача» в Нижегородской области и на Заводе стальных изделий в Москве. Славились эти бритвы тем, что почти не требовали точки: чтобы они оставались острыми, бритвы достаточно было только править.

Бывало, использовались красноармейцами и трофейные бритвы, например немецкие «Золинген». Последние в силу качества и относительной редкости ценились даже больше отечественных. Как рассказывали фронтовики, в руках настоящего мастера эти бритвы становились почти волшебными инструментами, да только мастера парикмахерского искусства на передовую попадали не так уж часто.

В войну среди бойцов ходили рассказы о мастере Гриншпане, который, бывало, заглядывал в части со своей передвижной парикмахерской. Арсенал Гриншпана состоял из чемоданчика с инструментами, набором коробочек с «секретными» составами и стопками чистых салфеток, из небольшого зеркала, тазика и банок из-под консервов, в которых нагревалась вода. Вся остальная обстановка походной парикмахерской подбиралась прямо на месте: камень причудливой формы становился креслом, широкий пень — столом. По словам фронтовиков, бритье у такого искусного и внимательного мастера было настоящим удовольствием, а потому заполучить к себе в часть парикмахера Гриншпана старались многие...

Впрочем, к услугам бойцов были и другие мастера. Часто парикмахеры работали при банно-прачечных отрядах, двигавшихся вслед за фронтовыми частями. В таких отрядах бойцы, что называется, могли совместить полезное с приятным: и побриться, и искупаться в бане, и переодеться в чистую форму, к тому же прошедшую санобработку.

Если с бритьем во фронтовых условиях всё было более или менее ясно, то со стрижкой дело обстояло несколько сложнее. К слову, короткая стрижка была для бойцов обоего пола единственно приемлемой прической. На войне локоны и косы женщины себе позволить не могли — эта роскошь оставалась привилегией штабных работниц. Женщины, которым приходилось бывать на передовой (например, санинструкторы, выносившие с поля боя раненых солдат), вынуждены были отказываться от длинных волос, которые от окопной грязи и запекшейся крови превращались в сплошной колтун. Выход был один: остричься «под мальчишку».

Красноармеец и фронтовой парикмахер Василиса Южнина вспоминала, как остригла свою первую «клиентку» — девушку с гривой роскошных вьющихся волос.

— Смотрю на нее и не знаю, как ее стричь,— рассказывала парикмахер. — Тут входит в землянку командир и велит стричь «под мужчину». А на мое возражение, что она женщина, отвечает коротко и жестко: «Сейчас она солдат, а женщиной снова станет после войны»...

Боец, лекарь, парикмахер

Сам себя парикмахером Иван Федорович Булгаров именовать не любил. Всё больше звал цирюльником. И повторял, что цирюльник в России — профессия уникальная, заключавшая в себе не только парикмахерское мастерство, но и обязанности лекаря. По словам Ивана Федоровича, наряду со стрижкой и бритьем доводилось ему и зубы удалять, и суставы вправлять, и раны лечить. Но всё это ему пришлось делать уже на фронте. А до войны паренек из маленького приморского села Прасковеевка решил, что будет помогать женщинам становиться красавицами, ведь правильно подобранная прическа может из любой дамы сделать настоящую королеву. Стал Иван Федорович парикмахером, получив специальность «женский мастер». Работал в Геленджике, прослыл искусным мастером. Отбоя от клиенток у молодого парикмахера не было.

В 1935 году по призыву Геленджикского РВК молодой мастер пошел служить в армию. А в 1941 году Иван Булгаров ушел на фронт. Было ему в ту пору тридцать лет. В воинской книжке бойца Булгарова записано: стрелок, парикмахер отдельного батальона. И на войне не отказался Иван Федорович от миссии служить женской красоте.